Индустрии | Статьи
13 мин.
Энергия настоящего: что происходит с «зеленой» энергетикой прямо сейчас и почему это важно

Энергия настоящего: что происходит с «зеленой» энергетикой прямо сейчас и почему это важно

06.06.2021 Энергетика

Даже после того, как COVID-19 нарушил привычное течение во всех сферах человеческой жизни, кажется, что возобновляемой энергии все нипочем: если в начале 2020 г. компании, на долю которых приходится 34% глобальных выбросов, ставили перед собой цель стать углеродно нейтральными, то к концу года этот показатель составлял 54%, следует из данных Bloomberg NEF. Кроме того, инвестиции в энергетический переход достигли рекордных $501 млрд за год.

Важность вопросов декарбонизации резко возросла после подписания в 2015 г. Парижского соглашения, цель которого — не допустить превышение средней глобальной температуры более чем на 2 градуса Цельсия к концу XXI века. Чтобы достичь этой цели, более 1200 компаний по всему миру объявили о начале амбициозной программы по сокращению выбросов парниковых газов, в том числе углекислого. В этом движении активно участвуют и энергетические компании, которые все больше отказываются от традиционных источников энергии в пользу возобновляемых. KPMG Mustread попытался разобраться, как именно происходит этот отказ, что определяет текущее состояние возобновляемых источников энергии (ВИЭ) и будет определять его в ближайшие годы.

Регулирование

Производство электроэнергии ответственно за четверть всех выбросов парниковых газов, поэтому энергетические компании неизбежно попали под пристальное внимание правительств и общественности. По данным Bloomberg NEF, 58 стран объявили о цели стать углеродно нейтральными; 18 из них приняли официальные документы, подтверждающие эти намерения.

58

стран

объявили о цели стать

углеродно нейтральными

Во время текущего «ковидного» кризиса, когда большая часть мира сидела на карантине, произошло значительное падение спроса на ископаемые источники энергии, говорит Василий Савин, партнер, руководитель практики по работе с компаниями сектора энергетики и коммунального хозяйства КПМГ в СНГ: «Неожиданно для себя страны увидели в этом кризисе положительный эффект: впервые за много лет они смогли выполнить заявленные ранее цели по декарбонизации и выбросам парниковых газов».

Ранее ЕС и другие страны планировали сократить выбросы к 2050 г. на 80-90% от уровня 1990 г., теперь цель — 100%; это означает, что ни один сектор не может «спрятаться» за оставшимися 20%, абсолютно все должны сократить выбросы, отмечает представитель финской энергетической компании Fortum: «При этом изменение климата все больше распространяется на те области, где ранее оно не было приоритетным, например на торговлю или финансы» (прим. ред. — читайте также интервью вице-президента по стратегии ПАО «Фортум» Дмитрия Боровикова).

Сегодня цель ЕС и других стран — сократить выбросы парниковых газов на

100

%

Движение, кажется, охватило весь мир: даже Китай взял на себя обязательство достичь углеродной нейтральности к 2060 г., закрепив в пятилетнем плане наращивание установленной мощности по выработке солнечной и ветровой энергии. Интересна история США: в 2018 г. президент Дональд Трамп вышел из Парижского соглашения, однако уже следующий президент Джозеф Байден вернулся к климатическим обязательствам одним из первых указов. «Нет времени ждать, надо приступать к работе немедленно», — подчеркнул он (цитата по ТАСС). К 2030 г. выбросы парниковых газов в США должны сократиться на 50%.

Инвесторы немедленно откликнулись на изменения — например, Greencoat Capital, британский гигант инвестиций в ВИЭ с более чем $8 млрд активов, объявил о планах расширения в США и приобретения ветряной электростанции в Техасе. Это первая инвестиция компании на территории Соединенных Штатов.

При этом государства не только стимулируют развитие альтернативной энергетики, но и финансово «наказывают» компании, которые не спешат ей заниматься. Так, с 2023 г. Евросоюз планирует начать взимать сбор с некоторых импортируемых товаров в зависимости от уровня их углеродного следа. Это значит, что вещь, при производстве которой были выброшены парниковые газы, будут стоить дороже аналогичной «зеленой». Пока четких параметров нового закона нет: они должны появиться в текущем 2021 г., но по оценкам Еврокомиссии, новый сбор обойдется бизнесу от 5 до 14 млрд евро ежегодно. В соответствии с исследованием КПМГ, дополнительная суммарная финансовая нагрузка на компании, экспортирующие из России в ЕС металлопродукцию, алюминий, удобрения, цемент и электроэнергию (товары, попадающие в область регулирования в первой фазе внедрения механизма), составит от 0,9 до 2,3 млрд евро ежегодно в период с 2023 по 2030 гг. Эта цифра может существенно возрасти при расширении перечня регулируемых товаров.

Усилия регуляторов уже дают свои плоды: за 2020 г. выработка электроэнергии ВИЭ в Европе впервые превысила выработку традиционных тепловых станций — 38% и 37% соответственно. Но и этого обществу мало, рассказывает Василий Савин: например, 29 апреля 2021 г. Конституционный суд Германии удовлетворил иск молодого поколения активистов к действующему правительству ФРГ о том, что оно поставило перед собой недостаточно амбициозные цели на ближайшие годы, необоснованно перекладывая таким образом груз по достижению углеродной нейтральности на будущие поколения.

В 2020 г. выработка электроэнергии ВИЭ в Европе впервые превысила выработку традиционных тепловых станций и составила

38

%

Инвестиции

У большинства крупных фондов и банков стоят конкретные KPI на увеличение доли ESG-финансирования в портфелях, предлагаются дисконты относительно стандартных уровней ставок по такому финансированию, рассказывает директор по работе с крупными компаниями «Райффайзенбанка» Мария Магомедова. По ее словам, от финансирования ряда особенно загрязняющих атмосферу отраслей многие отказываются полностью, имеют стратегию по выходу из таких компаний (например, угольная генерация у многих фондов и банков под полным запретом).

Так, одна из крупнейших в мире управляющих компаний BlackRock грозит избавиться от акций тех фирм, которые не будут готовиться к «зеленому» переходу. В наши дни невозможно абстрагироваться от темы декарбонизации — она стала определять практически все аспекты глобальной политики и экономики, подчеркивает Василий Савин из КПМГ.

Доказанные ESG-характеристики бизнеса стали ключевым фактором привлекательности компании для всех стейкхолдеров энергетической отрасли: кредиторов, страховщиков, акционеров, регуляторов, сотрудников и потребителей, указывает представитель Siemens Gamesa. Тем не менее, по словам бывшего главы этого фонда Тарика Фенси, за заявлениями об инвестициях в ESG зачастую ничего не стоит (или, по крайней мере, объявленные положительные эффекты в устойчивое развитие сильно преувеличены). По мнению Фэнси, без более существенного вовлечения государственного регулирования ожидать существенного прогресса в процессе достижения целей Парижского соглашения по климату не приходится.

По данным UBS, глобальный индекс чистой энергии S&P вырос на 128% за последние 12 месяцев по сравнению с ростом на 49% для S&P 500. Растет и рынок облигаций устойчивого бизнеса: глобальные «зеленые» бонды достигли $155,5 млрд, показав рост на 78%. Если учитывать всю работу над сохранением климата, то к 2030 г. экономические выгоды составят не менее $26 трлн.

Евросоюз объявил о создании Фонда восстановления экономики на 750 млрд евро, где почти треть будет финансироваться за счет «зеленых» облигаций. При этом ЕС уже выпускает таких бондов больше всех в мире. США, инвестировав $2,6 трлн, добились увеличения доли ВИЭ в четыре раза с 2010 г.

За последний год глобальные «зеленые» бонды достигли

155.5

млрд долларов США

Компании, для того чтобы оставаться на рынке, инициируют проекты по снижению углеродного следа, в том числе через увеличение доли электроэнергии, производимой ВИЭ. Мы уже видим компании ресурсных отраслей, инициирующих строительство ВИЭ в непосредственной близости от месторождений, а также отказ от угольной генерации в регионах, где она может быть заменена на иные, более экологически чистые виды энергии.

Мария Магомедова

Директор по работе с крупными компаниями «Райффайзенбанка»

Важным компонентом декарбонизации является использование поглощающей способности управляемых лесов, развитие энергоэффективных технологий, раскрытие потенциала водородной энергетики и создание целых кластеров новых технологий.

«С 2014 по 2018 г. наши инвестиции в возобновляемые источники энергии, в экономику «замкнутого цикла» и решения, обеспечивающие устойчивое развитие, составили миллиарды евро. Только в 2019 г. мы инвестировали 401 млн евро в производство без углекислого газа, в 2020 г. — 372 млн евро, — рассказывает представитель Fortum. — В соответствии с нашей обновленной стратегией, будущий рост группы будет обусловлен производством электроэнергии без CO2 и газа, а также изменением наших собственных операций, чтобы стать углеродно нейтральными. Кроме того, мы планируем вовлекать в процесс декарбонизации клиентов и общество».

Развитие технологий

Одна из проблем перехода к углеродной нейтральности — отсутствие точных, объективных и доступных данных, но ускорение оцифровки и интеграции практики цифрового доверия в мире после COVID-19 обеспечат инструменты и решения, необходимые для декарбонизации, указывают эксперты КПМГ. Современные технологии пока еще недостаточно эффективны, но по мере их совершенствования все больше компаний будут инвестировать в активы ВИЭ, пишут аналитики MarketLine.

Диджитализация открывает совершенно новые горизонты чистой энергетики, указывает CEO немецкой энергетической компании E.ON Лео Бирнбаум: «Данные впервые в любой момент времени позволяют нам видеть состояние всех технических систем, а также потребности и желания наших клиентов». По его словам, в будущем энергетические компании будут получать данные о потребностях в электроэнергии каждого предмета экосистемы — электромобилей, тепловых насосов, аккумуляторных батарей и т.д. Данные будут агрегированы на открытой платформе: будет представлена стабильность поступления энергии, видны возможности и ограничения роста бизнеса и остальные необходимые характеристики. Компании, которые инвестируют в сбор и анализ этих данных, смогут предоставлять клиентам самые привлекательные предложения в режиме реального времени и управлять ими наилучшим образом. Вчерашние системы, процессы и структуры не подходят для нынешнего управлений электроэнергией: миру нужна совершенно новая операционная система, рассуждает он.

Стоимость ветряной турбины к 2020 г. снизилась относительно 2010 г. на

40

%

Энергетическая отрасль должна уделять гораздо больше внимания цифровизации и партнерству в этой области, чтобы полностью реализовать потенциал цифровых технологий для успешного формирования энергетического перехода в отношении инфраструктуры, сырьевого бизнеса и новых решений, которые в настоящее время разрабатываются. Значимую роль в будущем будут играть только те энергетические компании, которые будут полностью оцифрованы с точки зрения их внутренних процессов, философии, процессов их клиентов и их операций.

Лео Бирнбаум

CEO немецкой энергетической компании E.ON

Гибридные проекты, сочетающие различные возобновляемые решения и цифровизацию для того, чтобы полностью раскрыть потенциал ВИЭ, — это однозначно яркий тренд развития отрасли, подтверждает представитель Siemens Gamesa.

Положительные сдвиги от технологий, конечно, уже есть. Например, стоимость ветряной турбины к 2020 г. снизилась на 40% относительно 2010 г., указывает Анна Морина, руководитель аналитического управления «Открытие Research» банка «Открытие». Аналогично стоимость производства солнечных панелей заметно снизились в цене за счет исследований и развития новых технологий производства, добавляет она.

Проблемы ВИЭ

Зимой 2021 г., во время исторического похолодания, которое в течение нескольких дней оставило миллионы американцев в Техасе без электричества, воды и тепла, заявления о том, что в этом виновато использование государством возобновляемых источников энергии, в частности энергии ветра, распространились по телевидению и в социальных сетях. Всего штат потерял 40% своих генерирующих мощностей, а скважины и трубопроводы природного газа, а также ветряные турбины были заморожены.

Однако, согласно официальным данным, ветер производит всего 20% от общего объема электроэнергии в Техасе, а солнечная энергия — 1,1%. Остальное — это природный газ (47,4%) и уголь (20,3%). Эд Крукс, заместитель председателя американского подразделения Wood Mackenzie, в своем письме Reuters объяснил: «Кризис в Техасе не был вызван отраслью возобновляемой энергетики штата. Самая большая потеря выработки приходилась на газовые электростанции, а падение производства на ветряных электростанциях значительно отставало». Однако, по его словам, «потеря мощности была предупреждением о проблемах, которые будут возрастать по мере увеличения доли возобновляемой генерации в сети».

Не стоит забывать о стоимости и технических проблемах интеграции значительных объемов ВИЭ и в других регионах мира. В Германии, где правительство инициировало строительство мощностей ВИЭ, практически дублирующих по объемам установленную мощность традиционных источников, и принято решение о закрытии АЭС, тарифы на электроэнергию являются одними из самых высоких в мире. При этом в соседней Франции электроэнергия, вырабатываемая на АЭС, составляет около 70%, и, несмотря на интенсивное развитие ВИЭ, атомная энергия в этой стране еще долгое время будет оставаться доминирующей.

Поставки ВИЭ метеозависимы; обеспечить полное надежное энергоснабжение отдельного предприятия с их помощью можно только при использовании систем хранения и технологий микросетей, что дополнительно увеличивает цену, отмечает заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии» Валерий Дзюбенко.

Во Франции электроэнергия, вырабатываемая на АЭС, составляет около

70

%

В странах, богатых природными ресурсами, ВИЭ пока что проигрывает конкуренцию традиционным видам генерации. У электростанций ВИЭ невысокий коэффициент использования установленной мощности, и их необходимо поддерживать, резервируя мощности традиционной генерации. В результате на рынке продолжат преобладать традиционные виды генерации.

Владимир Лящук

Главный аналитик «Промсвязьбанка»

Пока проблема достижения стабильности для энергосистемы, основанной исключительно на ВИЭ, не решена, уголь и другие углеродные энергоносители будут оставаться значимыми источниками, согласна Анна Морина.

Еще одна проблема энергоперехода часто остается за рамками обсуждения, указывает Анна Морина: производство тех же солнечных панелей и ветрогенераторов сопровождается существенным уровнем выбросов. «Согласно различным исследованиям, объем углекислого газа для производства 1 м2 солнечной панели может варьироваться от 1 до 2 т в зависимости от типа панели. Если проецировать этот объем на площадь солнечных панелей, необходимую для замещения всей установленной мощности ЕС, то объем выбросов может сильно вырасти для этого региона», — подчеркивает она.

Производство солнечных панелей и ветрогенераторов сопровождается существенным уровнем выбросов. И эта проблема энергоперехода часто остается за рамками обсуждения.

Неразумно разрушать имеющийся потенциал существующей энергетики, говорит Василий Савин: следует вдумчиво и комплексно подходить к вопросам декарбонизации — ведь иногда большего эффекта можно добиться за счет перехода с паросиловых на парогазовые технологии, сконцентрироваться на развитии потенциала поглощающей способности лесов, чем за счет закрытия существующих электростанций и замены на пока еще дорогостоящие и не всегда сопоставимые по уровню своей надежности источники ВИЭ. «Не стоит бездумно разрушать накопленный потенциал устойчивости энергосистемы в погоне за имиджем: требуется поэтапный, комплексный план декарбонизации и повышения энергоэффективности экономики каждой страны с оптимальным использованием имеющихся ресурсов, что не приведет к коллапсу энергоснабжения и необоснованному росту цен на энергоносители», — заключает он. Тем не менее, развитие технологий ВИЭ, вероятнее всего, приведет к росту доли этих источников энергии в России и на пространстве СНГ. Крайне важно уделять пристальное внимание комплексному развитию энергосистемы страны и региона с учетом всех вызовов, стоящих перед отраслью.

Тест: что вы знаете о возобновляемых источниках энергии?

Проверьте свои знания, ответив на несколько вопросов

«Перспективы производства «зеленого» водорода зависят от объема рынка ВИЭ»

Интервью с Алишером Калановым, руководителем инвестиционного дивизиона «РОСНАНО»

«Потребитель вспоминает об энергетике, если в розетке нет электричества»

Интервью с Романом Бердниковым, первым заместителем генерального директора ПАО «РусГидро»




Подписаться на рассылку
Зарегистрируйтесь, если хотите получать наши материалы

поделиться:

1

Вам может быть интересно
Ожидание стабильности — тоже стабильность
Михаил Орлов о том, почему очередные масштабные изменения в налоговой системе не решают проблемы бизнеса
Фискальные границы: почему введение цифрового налога неизбежно
Светлана Скрипник о налогообложении транснациональных цифровых корпораций
«Мы не говорим клиенту нет»
Евгения Тюрикова о том, как работает private banking в Сбере и к каким индустриям стоит присмотреться инвесторам